Александр Кирияцкий/Alexander Kiriyatskiy


Страна : Франция / France

Mеня зовут Александр Вадимович Кирияцкий . Я написал 4 книги на русском языке 1) «На закате эпохи» , 2) «По Нострадамусу» , 3) «О сгинувших атлантах» и 4) «О центробежном мироздании» . Моя пятая книга на 126 страницах — повествовательные стихи на французском, итальянском и испанском языках «Le poète Alexander Kiriyatskiy, il poeta«, предствлена в университете Квебека в Монреале и в моём блоге Гугла . В 2004 году я защитил диссертацию мастер два по философии и языкам современности на итальянском языке в городе Тренто второго по рейтингу университета среди лучших государственных ВУЗов Италии того периода. В 2006 году я подтвердил свой итальянский диплом: как полноценный канадский мастер второй университетской степени Квебека. С 2007 по 2010 год я учился с первого по третий курс в докторантуре Университета Страсбурга. Я – исследователь и первый поэтический переводчик на французский язык трубадура Гийома Девятого Графа Аквитанского. Я читаю подлинники и свои стихотворные переводы на французский разных авторов на страницах Ютуба. Я — поэтический франкоязычный переводчик стихов: Вилли Токарева «Песня нью-йоркского таксиста», Александра Галича «Палачи» и Иосифа Бродского «О независимости Украины». Я не владею английским, не пишу на нём и не понимаю, когда на английском языке со мной разговаривают. Представляю прочтения мной моих стихотворных образов на русском, где первые моих 25 стихотворений (25 номеров в Ютубе), перевёдены мной с русского на французский слог в слог, ударение в ударение и рифма в рифму. Тексты в объяснениях под всеми моими видео. Переход на французские варианты по ссылкам после слов «En français», где после моих же французских стихов — если у них существует русский эквивалент, под ними переход на русскоязычную их инерпретацию после объяснений «En russe». Я публикую раз в месяц свои стихотворения на французском языке в журнале «Les poètes (Поэты)» во Франции. Я член вашей Гильдии со 2го декабря 2020 года.

Я родился 11 мая 1970 в семье журналиста Вадима Петровича Кирияцкого и писательницы, инженера-архитектора Нины Вениаминовны ХаЭт. Отец моего отца родом из русской дворянской семьи Кирияцких Могилёвской губернии с середины XVI века. Мать моего отца – Галина Павловна Чеспеякова-Иваницкая, дочь шорца Чеспиякова, дореволюционного золотопромышленника и русской графини Иваницкой. Галина Павловна до революции училась на французском языке в лицее благородных девиц, в Смольном. Мама моей мамы, Галина Еремеевна Цветкова дочь крупного владельца заводов в Латвии тоже говорила по-французски. Папа моей мамы – еврей, знаменитый композитор Вениамин Арнольдович ХаЭт, знавший идыш, немецкий, французский, польский и латынь. Он с 1913 по 1918 получил высшее образование в консерватории Одессы. В наследство от Вениамина Арнольдовича до меня дошли около 8000 страниц его собственных музыкальных сочинений из рукописных нот, сочинённых им для симфонических оркестров, опер, оперетт и спектаклей, которые ставились с его музыкой в Ташкентском театре Горького с 1935 по 1950 год. Половину из нот, оставшихся от Вениамина Хаэта, я вставил в свой канадский сайт при Университете Квебека в Монреале вместе с их симфонической музыкой в течении 5 часов 48 минут. Её партии и партитуры, нотариально заверены Музыкой Нео на 4034 страницах, мной предложенных любителям музыки на английском, французском, немецком, русском, итальянском, испанском и португальском языках. Я начал писать стихи в школе, когда по своей глупой наивности боролся с советским строем. За мою критику Сталина с 1984 по 1988 год меня не принимали в школе в комсомол. Этим в 1984 году я возмущался в одном из первых своих стихотворений, написанным мной в мои далёкие 14 лет. В 2014 я его зачитал в Ютубе через 30 лет после его написания. С 1990 года по 1995 я учился в ТашГУ на романо-германской филологии у профессоров МГУ в Ташкенте: Юрия Вангеловича Эвангелопулоса, Кахромона Саттаровича Тойметова, Рустамбековой Дамиры Азизовны и других. Моя ташкентская дипломная работа – «Проникновение греческого языка в латынь и языки Новой Романии», написана мной для защиты диплома преподавателя французского языка и литературы, где вторым моим языком у меня считался итальянский. С 1991 по 1999 год в Узбекистане я работал устным переводчиком именно с итальянского , а не с французского. Чтоб спасти жизнь своей маме после её инфарктов, я переехал с ней и со своей разведённой женой в Израиль, где меня преследовали из АНБ США за продвижение музыкальных сочинений моего дедушки по маме, композитора Вениамина ХаЭта. Если бы её отец не являлся чистокровным евреем, Израиль и США позволили бы мне мыть полы и посуду, чтоб с 1999 года я оплатил перепечатывание его нот в программе Финали для дальнейшей их игры в Интернете. Вениамин Арнольдович ХаЭт похоронен на еврейском кладбище, его музыка представляла угрозу иудейским мафиозным кланам из США и из Израиля. С 20 мая 1999 году по решению АНБ США мне поэтому негласно запретили зарабатывать минимальную зарплату физическим неквалифицированным трудом на территории государств «демократии», чтоб ничего я не сумел заработать с 20 мая 1999 года по конец 2020 и не заказывал бы исполнения музыкальных сочинений Вениамина Хаэта, папы моей мамы, как это я сделал на пособие по безработице в Канаде и в Швейцарии. В 2002 я не прошёл по конкурсу в докторантуру 2го по рейтингу университета Италии в городе Тренто. Но в связи с тем, что университет Тренто оказался богаче Университета Лозанны, на основе моих научных трудов приёмная комиссия Университета Тренто меня зачислила на 4ый курс своего факультета философии и языков современности: итальянского, французского, испанского и русского. Богатейший Университет Италии с условием, что я сдам экзамены по философии за все пять курсов обучения в течении двух лет, обязался с октября 2002 по ноябрь 2004 года мне платить стипендию в размере 602 евро в месяц, а так же предоставить мне бесплатную учёбу за 10 евро в год с бесплатным питанием и бесплатным проживанием вместе с моей мамой в однокомнатной квартире студио в студенческом городке и на базе отдыха над Тренто, где мы отдыхали во время летних каникул в течении 3 месяцев в таком далёком для меня сейчас 2003 году по окончании моего 4го курса, когда я сдал почти все экзамены и готовился к защите диссертации на итальянском языке объёмом в 155 страниц. Я исследовал влияние «Божественной комедии» Данте Алигьери, античной, а также средневековой литературы и философии на русского Данте, Георгия Голохвастова, великого автора русского эмигрантского эпоса «Гибель Атлантиды» в Нью-Йорке к концу первой половины ХХ века. Тогда Университет Наук Тренто по рейтингу уже опережал Болонский и занимал 3ье место среди лучших государственных университетов в Италии. 10 июля 2004 году у моей мамы в 67 лет останавливается сердце. Эта трагедия не позволила мне подготовиться к конкурсу в докторатуру Тренто. Но я смог защитить свой диплом мастера два в этом удивительном Университете по специальности философии и языки современности. В 2004 году я не понимал, что остальная Европа, тем более Канада и США представляют просталинскую систему, что перестала существовать в СССР в 1954 году, через год после смерти деспота сталиНа. В 2004 мне предложили остаться в Тренто преподавать. После ухода из жизни моей мамы я не оценил правильно обстановку в мире. До 2005 года я шёл на поводу обманов лживой пропаганды Горбачёва и дезинформациии Ельцина после перестройки. В 2004 году я не верил, что Израиля, как государства не существовало никогда, что это всего один из штатов Америки. В США и на территории Канады преследуют людей типа меня и моего дедушки композитора намного страшнее с 1989 года, чем это давно практикуется в Израиле. Израильтяне лишь выполняет указы свыше. Я, по глупости, попытал счастье в Канаде, которую воспринимал с 1990х годов до осени 2004 года совершенно не такой, какой она оказалась на самом деле. По глупой наивности я купил билет до Монреаля и не остался в Тренто на уровне младшего преподавателя. Этот наивный отказ мне поломал жизнь. Канада – страна трущобных бараков третьего мира, намного более бедная и отсталая, чем Узбекистан. Прошу внимательно просмотреть мои фотографии Монреаля и самого жуткого городишки под названием Ванкувер. Как в странах 3го мира, учёба в Канаде для всех людей платная. Минимум 12 тысяч канадский тугриков стоит год учёбы. Но это – скидка, которая возможная лишь в Университете Квебека в Монреале. В других канадских университетах год учёбы стоит тридцать тысяч долларов Канады, когда более тысячи долларов в месяц с 2004 по 2006 год в Монреале, оказалось, заработать мне просто невозможно. Чудом из чудес я сумел за 150 долларов подтвердить мой итальянский диплом Тренто, как вторую полную университетскую степень мастера в Квебеке. Такой возможности почти не у кого не возникло ни до меня, ни после. За статус беженца адвокатам, типа Вентурелли, с 2004 по 2005 год надо, оказалось, платить двадцать тысяч долларов. С 2005 по 2006 год эта цена поднялась до пятидесяти тысяч канадских тугреков. Меня поразили ужасающие издевательства канадских властей над израильскими и российскими стариками. Они не могли остаться у своих детей с ПМЖ на территории палочной Канады даже в более или менее мягком Квебеке. Ужасающая проституция студентов осенью 2006 года меня заставили раз и навсегда уехать из Северной Америки. Перед Канадой Узбекистан президента Ислама Каримова мне показался свободнейшим, правовым государством по сравнению даже с Квебеком, где с 1972 года, как в Израиле и в штате Калифорния США перестали почти всем насильно делать поголовное обрезание, которое обязательно для всех штатов Канады и США с 2004 года по 2006. Прошу нажимать все ссылки из тех, что я представляю в Гильдии. С 2007 по 2010 год я учился в докторантуре по философии в Университете Страсбурга, где за первые два года учёбы я платил всего 362 евро в год за талоны на бесплатное питание в студенческих столовых, как и в Тренто, за медицинскую страховку, за пользование библиотеками, за культурную карту для скидок на билеты в кино и в театры и так далее. За последний 3ий курс моей докторантуры, как и в Университете Тренто, я заплатил всего 11 евро и 7 центов. Чтоб не позволить мне защитить докторскую диссертацию в Страсбурге, США и Израиль заставили свою холопку и рабыню с 1945 года, Германию приписать мне весной 2010 года: два ареста на 4 января 2009 года и на середину июня того же 2009. Если бы мне запрещалось прилетать в ЕС, то германский аэропорт Франкфурта никогда бы мне не поставил таможенные печати в паспорт 1 февраля 2009 года и 5 сентября 2009. Прошу внимательно прочесть моё открытое письмо Ангеле Меркель, датированное 19м сентября 2017 года. Оно описывает лживые аресты меня, которые оказались невозможны в то время, когда я находился в Израиле. Тогда физически я не мог быть арестован в Германии, куда позже заезжал только проездами и не более, что подтверждают все мои реальные документы. Германия мне запретила учиться и работать на территории всего Европейского Союза. Поэтому в 2010 году выгнали с постов руководителей докторантур: 1) по философии моего руководителя Фредерика дё Бюзона и 2) по античной истории еврея, Доменика Бейера, что в 2007 году меня параллельно зачислил в свой докторат, от которого я отказался в пользу моих исследований в департаменте философии. Также поступили с тремя профессорами университета Саламанки в Испании. Без прочтения данной ссылки невозможно правильно оценить уровень неосталинизма в Европе, где нет намёка на право алиби или уважения к таким профессорам, как Пабло Гарсиа Кастийо, Селило Флорес Мигель и молодой профессор Анхел Понсело Гонсалес. В Швейцарии получить статус беженца невозможно, но Швейцария самая жадная страна в мире. От полу года до четырёх лет ждут её просители политического убежища. Но не более. За свой обман Германия мне должна была бы платить 730 тысяч евро с июня 2009 по июнь 2019. Меня продержали в Швейцарии в роли просителя статуса беженца с 4 января 2012 года до 21 декабря 2019. Прощу открыть копию моего швейцарского удостоверения личности. Только ожидание того, что я добьюсь положенных мне от Германии семи ста тридцати тысяч евро заставляло Швейцарии продлевать моё проживание в этой богатейшей хищной стране без права на учёбу и работу в течении 8 лет без двух недель. Безумные и тоталитарные режимы могут заставить Швейцарию декларировать на официальном уровне, что мой диплом Ташкентского Государственного Университета, занимающого 20е место среди других университетов Узбекистана, ставится в Швейцарии выше моего академического мастера по философии в Университете Тренто, второго в то время, а сейчас первого по рейтингу университета Италии, я его диплом свой подтвердил, как полную вторую университетскую степень мастера в Квебеке. Я составил запрос в швейцарский суд о том, что далеко не лучшие дипломы Узбекистана не могут в Швейцарии оцениваться выше диплома итальянского мастера лучшего и богатейшего университета Италии в Тренто, где работали лауреаты Нобелевской премии такие, как физик Питаевский. Суд взял за рассмотрение моего дела 700 франков и подтвердил, что в швейцарских кантонах, где современных франкоязычных поэтов, по типу труверов и трубадуров, опускают ниже плинтуса, узбекистанский университет ТашГУ ставится по значимости выше Университета Тренто и что мои 300 кредитов ЕС Тренто ниже 150 кредитов ЕС и ниже даже нуля кредитов у моего диплома ТашГУ. Для понимания нужно открыть приложение к моему диплому Тренто на английском языке с 13й по 23ю страницу. Через 8 лет без двух недель моего ожидания статуса беженца разочарованная Швейцария меня заставила покинуть территорию её кантонов из-за того, что 21 июня 2019 года прошёл десятилетний срок после последнего моего сфальсифицированного ареста в Германии в июне 2009 года, а по истечении 10 лет Германия больше не должна мне выплачивать штраф в размере 730 000 евро по истечении срока давности после совершения обманного ареста. В данный момент с 19 декабря 2019 года по конец декабря 2020 я прошу творческий статус беженца в Перпиньяне Франции за мою книгу стихов на французском, итальянском и испанском языках на 126 страницах, где мои франкоязычные стихотворения представляют первые 82 страницы, а мои переводы на французский первого трубадура Гийома Девятого графа Аквитанского напечатаны со 112 по 124 страницу моей книги. Франция с 2004 года является четвёртой страной, где я прошу политического убежища от преследований меня США и Израиля за желание воплотить в жизнь музыкальное наследие моего дедушки еврея, у которого нет протекции и в мире «признанных». Александр Кирияцкий